1С этой публикацией в нашей серии "Лица Риска" в поддержку нашей кампании с самого начала всё пошло не по плану. Да и как заставлять человека набирать "войну и мир"с телефона на Южном Иныльчеке?!

Поэтому кроме проведения информационной разведки того, что там - на Южном - происходит и традиционной просьбы поделиться жизненной историей "из числа не рассказанных в сети" (она в конце, да), мы вызвались опубликовать "избранные цитаты" из материалов Дмитрия Грекова! И с большим удовольствием делаем это!

Начнем по порядку. Залетели 4 июля. Начали ставить лагерь. Перманентно ставим до сих пор. Установили все хозяйственные и 80 жилых палаток. Гиды начали обработку маршрута на Хан и установку высотных лагерей. Вырыли пещеры на седловине. На сегодняшний день обработку практически закончили. На Хан у меня уже залезло 9 человек. На Победе работает команда Архангельска, иранцы и несколько российских групп.

25 июля в 4.15 утра на Лагерь 1 (пик Победы - прим. ред.) упала лавина. Ударной волной сбило все палатки, а снаряжение сбросило в трещины. Повезло, что люди остались живы, а куски льда прошли мимо лагеря. Они как лежали в спальниках, так и остались. Ботинки, рюкзаки, шмотки – всё улетело. Пришлось вынимать их вертолетом. Босиком они вернуться не могли. Практически все, кто попал под обвал, улетели домой.

 

Сейчас у нас испортилась погода. Всех согнал с горы. До 2 августа обещают осадки. Поживем, увидим. Глеб (Соколов – прим. ред.) сходил на Хан в 34-й раз. Он готовится к Победе. Планы свои особо не афиширует. На Победе много снега. Максимальная достигнутая высота 5700 м. Пробились наши «соколы»: Соловьев и Воробьев. Выше пока никто не поднимался. Чего жду от этого сезона? Побольше заработать – поток растет. Это связано с кризисом. Бизнес встал. У бизнесменов появилось свободное время для развлечений.

Про СМИ ничего сказать не могу. Раньше думал, кому-то интересно моё мнение. Потом понял, что начинающим альпинистам моё видение по барабану, они итак все знают, а опытных учить не надо. Меня всегда поражает зацикленность участников на разрядах и клетках. Вроде все киваем на Запад, но «совок» в наших душах не истребить. Я понимаю, что все хотят иметь какой-то «ощутимый» результат своих потуг в горах, который можно потрогать или показать друзьям и знакомым. Сами горы как то уходят на второй план. Приехавший в долину рассказывает не про то, какие горы он сходил. Красивые они были или трудные, крутые или высокие, а гордо говорит: «Я закрыл третий или второй разряд».

 

Тем, кто впервые собрался на 7000 м. На высоту ходить просто. Здесь, как в танке. Главное не... Ну, вы поняли. Главный залог успешного восхождения – грамотная акклиматизация и тактика. Каждый год, в разгар сезона, приходится наблюдать одну и ту же картину. С наступлением темноты весь западный гребень Хан-Тенгри расцвечивается светлячками фонариков запоздалых горевосходятлов, пытающихся вернуться к своим палаткам. И мы начинаем делать ставки – будет утром двухсотый или как обычно обойдется отмороженными пальцами и носами. Всю ночь ведутся переговоры по УКВ и гиды сидят на своих рюкзаках, готовые к спасам. Потом, после спуска, пострадавшие демонстрируют свои черные пальцы и на вопрос «Чё лезли на гору до ночи?» отвечают: «Мы заплатили по 2000 баксов, жалко было поворачивать». Стоит задуматься. Если вас на вершине большой горы освещает «солнце мертвых», у вас есть все шансы не увидеть восход.

Аксайский каскад мы лазили в лихие девяностые. Ума было мало, а полового задора хватало. Процарапались в тот раз на фифах. Не спортивно! У спортсменов рулят ударные! Решил. Поехал. Вся фишка каскада в нависающей сосульке с карниза. Под ней пустота. Висит себе, как на крыше. Когда упадет, не понятно. Чтоб не лохануться, взял винтов поболе и веревку 60 м. Полез. До сосули долез без проблем. Посмотрел. Висит ширмой. Метров пять в высоту и три в ширину. В ней дырки сквозные и водичка слезится. Как держится, не ясно. Ну, думаю, не дурак. В ширму винты крутить не буду. Полез так. На перегибе начал забуриваться. Лед пузырями. Винты перекручивать приходится. Кое-как вылез. Получилось 55 м до мульды и выше каскадик метров пять, попроще уже. Вылез. Сел и думаю. Хорошо у нас в Кыргызстане. Вот тока революции часто.

 

На альпресурсах принято писать о героических восхождениях и покоренных вершинах. Редко встретишь статью о неудачном восхождении. Я хочу рассказать именно о таких экспедициях. Может быть, мой опыт кому и пригодится. Вы скажете: А как же сила человеческого духа и борьба за вершину? Я отвечу: У меня по-прежнему все двадцать пальцев, и в будущем сезоне я снова поеду в Гималаи. Во времена Кассина и Бонатти не было ни золотых ледорубов, ни хрустальных пиков – и люди разбирались, кто есть ху. Мне кажется, что кроме скандалов и негатива все эти конкурсы мало что дают альпинизму. Ну, может, кому-то потешить свое эго. Надуманные критерии вносят ещё больше путаницы и сложностей в оценке восхождений. Представьте себе ситуацию, если кто-нибудь пройдет зимой соло К2, и не подаст восхождение на всякие ледорубы. Что будет делать тусовка?

Каким же должен быть альпинизм завтрашнего дня, позволяющий решать проблемы Великих стен и в то же время не терять спортивной составляющей? В наши дни большинство восходителей отказывается от гималайского стиля. В погоне за модными тенденциями восхождения проводятся маленькими командами, либо в двойках. Альпинисты становятся «гладиаторами горных дорог», где часто победа и катастрофа находятся на расстоянии одного шага и очень зависят от простого везения, а не от мастерства. К тому же маленькая команда не может просто физически решить проблему директа Южной стены Лхоцзе. Развитие альпинизма завтрашнего дня видится мне в создании команд-машин образца семидесятых-восьмидесятых годов, но вооруженных опытом и современными технологиями. Эти команды смогут решать проблемы запредельные для сегодняшних восходителей. Работая начальником лагеря Южный Иныльчек и руководя АМ «New Ала-Арча», невольно сделал определенные выводы, сравнив два, вроде, похожих мероприятия. В обоих я отвечаю за безопасность людей. И в том, и в другом участники совершают восхождения на горы. Разница только в том, что первое мероприятие коммерческое, а второе – спортивное. Коммерческое мероприятие построено по буржуазной схеме. Клиент покупает определенные сервисы и совершает восхождения туда, куда хочет. Спортивное мероприятие проводится по советской схеме (правилам горовосхождений). Клиент опять же платит деньги, но ходит только туда, куда ему разрешат (выпустят), предварительно выполнив кучу условий (занятия, открывашка, зачеты и т.д.) Меня поразило то, что над одними и теми же людьми, на спортивном мероприятии, благодаря клеточной системе я приобретаю абсолютную власть. Люди, заплатив деньги, ходят строем ради бумажек. На Южном меня бы давно послали. В капиталистическом обществе твое место определяет доллар, а в советском бумажка. И это не только в альпинизме. Весь совок так был устроен. Видимо, нам надо, как Моисею, ещё лет сорок для обретения свободы...

 

1997 год. Команда ЦСКА Казахстана готовится на Эверест. Ильинский отправляет всех в спортдиспансер пройти УМО. У меня с детства проблемы со зрением. Один глаз не видит, другой чуть-чуть. Захожу к окулисту. Молоденькая девчонка говорит: «А вам противопоказано заниматься альпинизмом». Я ей: «Девушка, я мастер спорта по этому делу. Зрение в горах потерял. Дайте мне допуск на несложные маршруты, новичков учить. Вот у нас двенадцать категорий (не соврал, все шесть делятся на А и Б). Напишите, что могу совершать восхождения на несложные маршруты, хотя бы на половину». Ну, барышня и написала: «Годен до 6 категории трудности». И мы уехали на Эверест!

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Авторизация

Погода в Алматы

snowdragons2

 

snowdragons1

 

snowdragons3

 

snowdragons4

 

1madina.png2tailan_group.png3restoran-tailan.png4xoz.png5mountkz.png6tailancopy.png
Яндекс.Метрика